?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Все суки - 2 )))
turan01
окончание

Однако проблема «Черных парусов» оказалась в том, что в сериале стало очень много игроков, число которых расширялось с каждым сезоном. Если сначала это конфликт между самими пиратами и официальными властями острова, где пираты ведут свою деятельность, то впоследствии масштаб соперничества разрастается фактически до международных масштабов. В игру вступают Британия и Испания, а кроме них, чернокожие рабы и так далее. В конце концов эта вселенная стала настолько ограниченной, что новых персонажей было просто неоткуда брать, а капитан Флинт во всем этом хитросплетении сюжета отошел на второй план. И, таким образом, сериал пришлось завершить.

Кстати, один из самых обсуждаемых сериалов весны — «Табу» — на самом деле на общем уровне затрагивает все те же сюжеты, что и «Черные паруса»: противостояние Великобритании и США, конфликт между официальной властью в лице короны и зарождающимся капитализмом в лице компании, проблема чернокожих, участие женщин в политике, инцест и т. д. Но в конечном счете в основе всего лежит все тот же дух авантюризма, присущий главному герою, роль которого исполняет Том Харди.

«Игра престолов»: Выборы продолжаются

Современные политические теории могут говорить о чем угодно — о видах лидерства, политических режимах, политической культуре или даже о типах власти. О чем они говорят реже всего, так это о том, как все это работает в действии. Как это работало, работает или может работать, рассказывают история или политическая наука, но эти дисциплины не делают это так изящно и концентрированно, как «Игра престолов». Это вообще лучшая иллюстрация для множества концепций классических политических философов — Платона, Аристотеля, Августина, Макиавелли, Гоббса или Монтескье. Неслучайно в книгах типа «Игры престолов и философии» авторы прибегают за помощью в анализе сериала к теоретической оптике Гоббса или Макиавелли.

В этом шоу мы можем обнаружить различные политические режимы, которые находятся в зависимости в том числе от географического положения страны, где правит тот или иной лидер. Это и делает сериал таким интересным, а не только обнаженные женщины, количество которых к седьмому сезону сильно сократилось. Здесь перед нами и тиранические режимы, олицетворяемые Джоффри Баратеоном и Рамси Болтоном, и тимархические режимы, олицетворяемые благородными военными типа Станниса Баратеона, и восточная деспотия, во главе которой не так давно оказалась Дейенерис Таргариен, и монархия, во главе которой некогда находился Нед Старк. Эти примеры можно было бы перечислять очень долго, и про каждого из этих правителей можно написать отдельную статью.

Проблема «Игры престолов» в том, что за счет богатства материала в ней можно разглядеть что угодно (фашизм, религиозный фанатизм и т. д.) и аргументированно доказать это с помощью примеров. Однако же в основе лежат все та же политика и природа людей. Почти каждый из героев предельно циничен, а если кто-то и руководствуется благородными мотивами, то расплачивается за это собственной жизнью, как то было с Недом Старком или Джоном Сноу. Конечно, создатели шоу — те еще читеры, потому что за счет магии могут вернуть к жизни полюбившегося персонажа, как случилось с Джоном Сноу. Но тем не менее любой, кто ориентируется на честь или добродетель иного рода, погибает, потому что в политическом мире «Игры престолов» выживают только коварные, подлые и хитрые люди, которые, впрочем, тоже не застрахованы от того, чтобы потерпеть фиаско. В конечном счете все действующие лица — такие же авантюристы, как капитан Флинт или Фрэнк Андервуд.

Другое дело, что Фрэнк и Клэр Андервуд — в своем шоу фактически единственные персонажи, способные обыграть кого угодно, а у капитана Флинта не так уж много конкурентов, которые могут с ним тягаться. В то же время в «Игре престолов» кого из персонажей ни возьми, все они по коварству, хитрости и уму если не дадут фору Фрэнку и Клэр, то уж точно не будут от них отставать. Именно поэтому Фрэнк уже давно занял свой железный трон и просто удерживается на нем, а в «Игре престолов» место главного символа власти все еще разыгрывается.

«Карточный домик»: Мир без спецслужб

Совсем недавно завершился шестой сезон «Родины» — телешоу, в котором американская политика показана сквозь призму деятельности спецслужб. После того как герои сериала исколесили полмира, а сюжетная линия завела шоу в очередной тупик, цэрэушники Кэрри Мэтисон и Сол Беренсон наконец смогли вернуться на родину, чтобы защищать отечество от врагов внутри страны, а не за ее пределами. А вместе с их возвращением создатели сериала смогли реабилитировать и ключевую тему первых двух сезонов сериала. Однако эта тема отнюдь не терроризм, но политика.

Никто не станет спорить с тем, что в «Родине» политики куда больше, чем во многих других американских сериалах. И даже не меньше, чем в «Карточном домике». Более того, «Родина» идеально дополняет или оттеняет «Карточный домик», представляя собственную версию американского политического процесса. Того, в котором ключевую роль играют ЦРУ, АНБ, ФБР, а что касается публичных дебатов или прессы, то они фактически не имеют значения.

Поразительно, но во вселенной Фрэнка Андервуда почти нет представителей спецслужб, разве что его охранники и те, с кем он пересекается на официальных мероприятиях или ведет войну, как, например, с генералами, которые уходят в политику. Более того, едва ли не единственный персонифицированный представитель ФБР Натан Грин фактически работает на Андервуда. Фрэнк же занят выяснением отношений с кем угодно (с олигархами, конгрессменами, супругой), но только не со спецслужбами. Да и терроризм в «Карточном домике» появляется только в конце четвертого сезона, а в пятом становится разменной монетой в игре Фрэнка, то есть чем-то таким, что Фрэнк использует в своих интересах.

Посмотрев шестой сезон «Родины», мы понимаем, что Фрэнк Андервуд на самом деле столкнулся бы с очень могущественными противниками, не угоди он некоторым представителям ЦРУ. В определенный момент его могли бы сожрать сотрудники той или иной силовой структуры. Но в мире Фрэнка практически нет места спецслужбам. Очередной сезон «Родины» обещает нам то, чего так старательно избегает «Карточный домик»: агент ЦРУ Кэрри Мэтисон войдет в противостояние с президентом США — между прочим, женщиной. И что-то подсказывает нам, что победителем в этой игре окажется отнюдь не официальная власть. В этом и кроется ответ на вопрос о том, почему в «Карточном домике» почти нет спецслужб, а мир сериала весьма условен и даже фантастичен.

Во-первых, известно, что спецслужбы играют очень важную роль в политическом процессе США (и не только). То есть если бы Фрэнк Андервуд был таким всемогущим, каким хочет показаться, за него его недоброжелателей устраняли бы неофициально подконтрольные ему структуры (как то делает Натан Грин). А если бы он решил кого-то убить сам, в тот же вечер его обязательно посетили бы люди в черном.

Во-вторых, как бы ни расходились между собой во взглядах аналитик Сол Беренсон и оперативник Дар Адал (не говоря уже о Кэрри), оба они руководствуются главным принципом — оберегать отечество во что бы то ни стало. Они не идеалисты, но у них есть ценности. В то время как в «Карточном домике» нет места ценностям. Политтехнолог Марк Ашер, писатель Том Йейтс или олигарх Реймонд Таск — такие же циники, как и Фрэнк Андервуд. Все они работают на себя, а не на родину. И даже журналисты пытаются изобличить Андервуда совсем не потому, что так должно, а потому, что такая у них работа. И даже если мы согласимся с тем, что у некоторых журналистов есть ценности, то этих персонажей немного, а их функция для общего сюжета вспомогательная.

Но все это имеет значение, если мы сравниваем сериалы, используя оптику «Родины». Если же мы сделаем то же самое, но в оптике «Карточного домика», картина будет несколько иной. Дело в том, что Фрэнк Андервуд честно играет в публичную политику. Он читает речи, выступает на дебатах, делает заявления и вообще соблюдает все демократические процедуры. И то, что он может найти лазейку, пойти в обход или надавить на кого-то, — это издержки американской политической системы, благодаря которой и стало возможно то, что такой человек, как Фрэнк, пришел к власти. Поэтому обвинять Фрэнка в том, что он делает что-то не так, — то же самое, что обвинять политическую систему США в том, что она в корне порочна. В конце пятого сезона шоу Андервуд не лукавит, когда обвиняет конгрессменов в том, что они поставили его во главу этой системы, потому что всем так было удобно. Возможно, это вообще самое искреннее высказывание президента Андервуда, сделанное публично, и при этом ему не приходится шептать об этом в камеру, обращаясь к зрителям.

Однако обратим еще раз внимание на главное: в сериале речь идет о публичной политике, и в рамках этой игры Фрэнк делает все, что должен делать. Более того, те решения, которые он принимает, или действия, которые совершает, так или иначе все равно зависят от того, чем они обернутся в публичной сфере. В таком свете «Родина» остается всего лишь политическим сериалом, в фокусе которого мир агентов спецслужб, что лишь соприкасаются с миром политиков. Тогда как «Карточный домик» остается сериалом про политику, потому что показывает, как авантюрист и циник Фрэнк Андервуд способен с оглядкой на публичную сферу сделать все, чтобы захватить и удержать власть.