?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Алиену стукнуло 40 лет - 2!
turan01

окончание

Вопль, который издает новорожденный Чужой, — это комбинация звуков шипения гадюки, визга свиньи и плача ребенка. Всего через несколько лет по этому рецепту будет сочинять свои композиции не одна оккультно-индустриальная группа. И, конечно, «воображариум доктора Гигера» с его уникальным пониманием ужаса космоса — не расшитое блестящими звездочками байковое одеяло из гуманистической фантастики в духе «Стар трека», а абсолютное и непознаваемое ничто, одновременно равнодушное и безжалостное к человеку.

Не стоит забывать и о том, что «Чужой» в очередной раз элементарно расширил представление об уровне насилия (пусть и фантастического), допустимого на экране: в первоначальной версии, подвергшейся сокращениям, крови было еще больше, а легендарное пробивание груди до сих пор входит в списки самых страшных киносцен всех времен.




Тут, к слову, в каком-то смысле повезло отечественным видеоманам конца 1980-х: в условиях тогдашнего хаотичного просмотра всего, что удавалось достать, многие видели шокирующий эпизод, уже будучи подготовленными пародией на него в
«Космических яйцах» Мэла Брукса. Там зародыш Чужого в цилиндре и с тросточкой выбирается из грудной клетки (Джон Хёрт в роли самого себя бормочет при этом: «О нет...Только не опять...») и начинает хорошо поставленным голосом исполнять песню «Хелло, май бейби». После этого оригинал, конечно, впечатлял, но до сердечных приступов дело уже не доходило.

Концепт-арт Ханса Руди Гигера


В топ-10 по сборам за год «Чужой» оказался (вновь ровно посередине) между

«Крамер против Крамера» и «Лунным гонщиком», вторым «Рокки» и «Апокалипсисом сегодня», «Стар треком» и «Ужасом Амитивилля». Нетрудно заметить, что объединяет все эти фильмы: они очень взрослые. Да, десятку-79 замыкала первая из киноверсий «Маппетов» — но те, кто помнит, что представляло собой это шоу в конце 1970-х, вряд ли отвели бы на него своих детей (в гости к матерчатым свинке и лягушонку захаживали Боб Хоуп и Элис Купер).

Так что «Чужой» вставал в благороднейший ряд adult horror наряду с «Ребенком Розмари», «Изгоняющим дьявола», «Оменом». Именно из-за того, что фильм был для взрослых, от него не осталось толком никакого мерчандайза, игрушек по его мотивам особо не выпускали (но все изменилось, после того как «Чужой» превратился во франшизу). Правда, в 1980-м вышла компьютерная игра по мотивам фильма, ее можно было раскопать на сборниках игрушек для Sincler, но в нее, разумеется, никто не играл.

Да, еще одновременно с кино напечатали роман-новеллизацию авторства Алана Дина Фостера, известного мастера переписывать чужие истории и гнать строку, абсолютно не заботясь о стиле: «Бесформенная, дымящаяся, корчащаяся масса медленно отставала от корабля. От нее отваливались кусочки сгоревшей плоти. Потом невероятно выносливый и сильный организм сдался: под действием разности наружного и внутреннего давления он раздулся и лопнул, разорвавшись на тысячи мельчайших частиц. Теперь уже безвредные, эти дымящиеся частицы разлетались во все стороны и скоро скрылись из вида. Нельзя сказать, что Рипли испытывала большую радость. Жесткие складки на лице скорее свидетельствовали об обратном, а память о недавних кошмарах все еще мучала ее...»

За 40 лет многие загадки «Чужого» так и остались неразгаданными, причем речь сейчас о вещах формальных, лежащих в прямом смысле слова на поверхности. Например, иероглифический логотип «Чужого» придумал не кто иной, как Сол Басс, гениальный голливудский художник титров, работавший с Билли Уайлдером, Отто Преминджером и в первую очередь с Альфредом Хичкоком, но в титры фильма Скотта он так почему-то и не попал.

Или, скажем, считается, что хрестоматийный рекламный слоган фильма «В космосе никто не услышит твой крик» придумала копирайтерша Барбара Гипс (на этом настаивает, в частности, IMDb), однако есть все основания полагать, что истинным автором был все-таки подлинный классик, этакий Сол Басс от слоганов — Стив Франкфурт, автор таких шедевров, как «Молитесь за ребенка Розмари» («Ребенок Розмари») и «Чувствуй себя хорошо, а не плохо» («Эммануэль»).

Что же до названия, то далеко не у всех его строгая краткость вызвала такой же восторг, как у Дэна Пула. В результате во многих странах, от Западной Европы до Южной Америки, к «Чужому» был добавлен подзаголовок «Восьмой пассажир» (в бывшей Югославии обошлись и вовсе без «Чужого», хватило одного «Путника»), а по-немецки название фильма звучит как «Жуткое существо из странного мира». Но дальновиднее всего поступили в Венгрии, выбрав титул «Восьмой пассажир на борту — Смерть». Звучало внушительно. Единственная проблема состояла в том, что, когда в венгерский прокат выходил кроссовер Пола Андерсона, его пришлось назвать «Смерть против Хищника».

Хотя даже это лучше, чем «Звездный зверь».