turan01 (turan01) wrote,
turan01
turan01

Напоминание шляхте

Документы той эпохи

Nieskończenie Niepodległa: Katastrofa (Нескончаемо независимая: Катастрофа)

Два тоталитарных (в строгом понимании) государства крушат Вторую Речьпосполиту. Ее лидеры, обездвиженные в Румынии, выбирают преемников в Париже.

Желание Гитлера, чтобы Гданьск вернулся в германский Рейх, а поморский коридор стал экстерриториальной дорогой, Польша отвергает. Однако целью Германии уже не является договориться с восточным соседом, но его завоевать. Сталин признает начало войны выгодным для Советов, что приводит к невозможному на первый взгляд союзу: пакт о ненападении подписывают наинетерпимейшие до этого враги, последователи варварских, но одновременно противоречащих друг другу идеологий – нацизма и коммунизма.

Удар Третьего Рейха 1 сентября и Советского Союза 17 сентября уничтожают польское государство. Эвакуация лидеров Речипосполитой начинается через несколько дней после первой атаки, а через месяц – благодаря статьям апрельской Конституции – удается выбрать преемников государственной власти. Президент и правительство РП, интернированные в Румынию, передают полномочия в Париж. Оккупированная страна получает представительство в изгнании.

Из секретного дополнительного протокола к Пакту о ненападении между Германским Рейхом и СССР (т.н. пакт Риббентропа-Молотова)

В случае территориальных и политических изменений на территориях, принадлежащих к польскому государству, сферы интересов Германии и СССР будут разграничены по линии рек Нарев, Висла и Сан. Вопрос, делают ли интересы обоих сторон необходимым сохранение независимого польского государства и каковы должны быть границы этого государства, может быть окончательно разрешен только в ходе политических переговоров. В любом случае оба правительства рассмотрят этот вопрос в ходе дружественного соглашения.

Москва, 23 августа 1939

[Отношения Речи Посполитой с Советским государством 1918–1943, Варшава 1991]

Адольф Гитлер. Рейхсканцлер Третьего Рейха, в приказе о нападении на Польшу

Поскольку исчерпаны все политические возможности, чтобы мирным путем решить нетерпимую для Германии ситуацию на восточной границе, я принял решение на решение этой ситуации с помощью силы. [...] День атаки: 1 сентября 1939. Время атаки: 4 часа 45 минут.

Берлин, 31 августа 1939

[Оборонительная война Польши 1939, Варшава 1968]

Стефан Стажинский (президент Варшавы) в радиообращении

Итак, война. С сегодняшнего дня все дела и проблемы уходят на дальний план. Всю нашу общественную и частную жизнь мы переставляем на специальные рельсы. Мы вошли в период войны. Усилия всего народа должны идти в одном направлении. Мы все являемся солдатами.

Варшава, 1 сентября 1939

[Мариан M. Дроздовский, Стефан Стажинский, Варшава 1980]

Генерал Владислав Андерс (командир Новогрудовской кавалерийской бригады)

Я еду [...] в Млаву. [...] По дороге я вижу пылающие деревни и большое количество убитых. [...] Немецкий летчик кружит над толпой с сотнями малых детей, выведенных учительницей из городка в ближайший лес. Он снижается на 50 метров, бросает бомбы и стреляет из пулемета. Дети прыскают в разные стороны, как воробьи, но несколько цветных пятен остается на поле. У меня предвкусие того, какой будет эта война.

[Владислав Андерс, Без последней главы, Лондон 1950]

Вацлав Липинский (сотрудник бюро Верховного командования) в дневнике

Эвакуация правительства [5 сентября] столь неприлично поспешным способом проведена, создав в Варшаве настроение паники, которая ширится, как эпидемия. Все люди, которые играли хоть какую-то публичную роль, бегут за Вислу, гонимые каком-то психозом страха и ужаса. Я не могу это понять, не могу это осмыслить. Ведь еще не так давно, несколько дней назад, тут всё было так по-геройски, полным воли к борьбе и выживанию.

Варшава, 6 сентября 1939

[Вацлав Липинский, Дневник. Сентябрьская оборона Варшавы 1939 г., Варшава 1989]

Андраш Хори (уполномоченный министра иностранных дел Королевства Венгрия в Польше)

Невозможно, чтобы при столь мощном и быстром натиске немецких вооруженных сил, до конца не мобилизованная, постоянно прерываемом налетами марше, отступающая польская армия могла задержать немецкого гиганта. [...] Я почти в голос озвучил горькую сентенцию: „Finis Poloniae!".

Наленчов, 6 сентября 1939

[Миссия дипломата, „Karta" nr 64, 2010]

Вячеслав Молотов (министр иностранных дел СССР) в ноте, врученной послу РП в Москве Вацлаву Гжибовскому

Польско-немецкая война обнажила внутреннее банкротство польского государства. [...] Советское правительство не может остаться безучастным к факту, что населяющий территорию Польши братские украинский и белорусский народы, предоставленные собственной судьбе, стали беззащитными. В соответствии с вышеуказанным советское правительство поручило Верховному командованию, чтобы оно приказало войскам пересечь границу и взять под свою опеку жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Беларуси.

Москва, 17 сентября 1939

[Документы и материалы к истории польско-советских отношений, т. 7, Варшава 1973]

Леон Ноэль (посол Франции в Польше) в депеше во французский МИД

Советская агрессия делает ситуацию Польши безнадежной. [...] Выход на сцену солдат Сталина, который как минимум в районе Тернополя продвинулись достаточно быстро, немедленно ставят правительство и польскую армию в наихудшее положение. [...] Это факт, достойный сожаления, символизирующий конец Польши Пилсудского, или, как минимум, его чересчур самоуверенных учеников.

Куты, 17 сентября 1939

[Хенрик Батовский, Запад в отношении границ Польши 1920–1940, Лодзь 1995]

Президент РП Игнаций Мосцицкий в обращении к народу

Во временном потопе мы обязаны сохранить олицетворение Речипосполитой и источник конституционной власти. Поэтому, хоть и с тяжелым сердцем, я решил перенести резиденцию Президента РП и Верховных органов государства на территорию одного из наших союзников. Оттуда, в условиях, обеспечивающих им полную суверенность, они будут стоять на страже интересов Речипосполитой, и далее вести войну вместе с нашими союзниками.

Косов, 17 сентября 1939

[„Польский монитор" № 213/1939]

Галеаццо Чиано (министр иностранных дел Италии) в дневнике

Из Румынии нам сообщают, что по немецкому требованию польские политические и военные вожди были интернированы. [...] [Болеслав] Венява[-Длугошовский, посол РП в Риме], который пришел, чтобы протестовать против итальянской прессы, пишущей о бегстве Рыдз-Смиглы в Румынию, расплакался, когда я показал ему доказательства, что маршал, который обещал подписать мир в Берлине после своей победы, на самом деле пересек границу.

Рим, 19 сентября 1939

[Галеаццо Чиано, Дневник фашиста 1939–1943, Варшава 1991]

Зофия Налковская (писательница) в дневнике

О стыд и печаль! Когда здесь вся страна заполонена бесполезно пущенным в движение, оглупевшим, оголодавшим населением, бредущим туда и обратно, добровольцами, которых нигде не хотя т брать в армию, солдатами, брошенными командованием и бросающими оружие по обочинам. [...] Что за умопомрачение! Здесь раскачанная иллюзиями, ни о чем не предупрежденная и лишенная всего жалкая толпа, которой месяцами врало радио и врали газеты – и те вруны уже все в безопасности и довольствии за границей!

Еленец, 19 сентября 1939

[Зофия Налковская, Дневники, т. 5, 1939–1944, Варшава 1988]

Тадеуш Сковронский (посол РП в Бразилии)

Сегодня пришли депеши о капитуляции Варшавы. [...] Все задают мне вопросы: «Что произошло, ведь столь короткую оборону и столь быструю атаку, которая в течение трех недель ликвидировал, как ни крути, 30-миллионное государство, трудно найти в истории? Или ваша сверхдержавность базировалась только на блефе? Разве вы не знали, что делается у вашего соседа? Вы что, легкомысленно, по наивности души, рассчитывали только на ваших союзников? Не лучше ли было бы принять немецкие требования и сохранить как минимум центральные области – вместо этого сумасшедшего шага, каким является война?

Рио-де-Жанейро, 28 сентября 1939

[Тадеуш Сковронский, Польско-немецкая война. Взгляд из Бразилии 1939–1940, Лондон 1980]

Премьер-министр Фелициан Славой-Складковский

Пришло известие, что преемником Президента Мосцицкого назначен Президент Владислав Рачкевич, который уже принес присягу в польском посольстве в Париже. Мы незамедлительно созываем Совет Министров, последний в нашем правительстве, после трех с половиной лет совместного правления. В связи с приходом к власти нового Президента Речипосполитой мы, как правительство, уходим в отставку.

Слэник (Румыния), 30 сентября 1939

[Фелициан Славой-Складковский, Не последнее слово приговоренного, Варшава 2003]

Премьер-министр Владислав Сикорский в обращении к польскому народу

Единственной целью Правительства Национального Единства будет воссоздание Польши, великой и хорошо управляемой, которая будет для всех своих граждан одинаково справедлива. Я хочу, чтобы эти слова глубоко запали в сердца поляков, которые, вместе с нашей геройской армией, доказали свою безграничную любовь и жертвенность для Отчизны.

Париж, 6 октября 1939

[Институт Польши и Музей им. генерала Сикорского в Лондоне, sygn. PRM.7A]

Tags: ВМВ, Россия, Эуропа, быдло, дегенераты, долбодятлы, лимитрофы, русофобы, сарматы, уроды
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments