turan01 (turan01) wrote,
turan01
turan01

Category:

Вот такие были дела ...

ГЕОРГИЙ ЖЖЕНОВ, АМЕРИКАНСКИЙ ПОСОЛ и ЛАГЕРЯ

Jan. 25th, 2018 at 2:22 https://saskatun.livejournal.com/7503.html

Сейчас в 2018 г тот факт, что даже за беседу с русским послом Кисляком готовы отправить за решетку, указывает на то, что в США происходят исторические процессы аналогичные тому, что происходило в СССР в 30е годы, ведь именно за беседу в поезде с американским послом Файмонвиллем был отправлен в лагеря выдающийся русский актер Георгий Жженов.

Филип Файмонвилл, одаренный разведчик, уже владевший японским языком, в 1916 году начинает изучать Россию. Это позволило ему служить артиллерийским офицером во время американской интервенции в Сибирь в 1918-20 годах. Затем он служил военным атташе в Японии. На основании полученного из первых рук знания, Файмонвилл считал Россию и впоследствии СССР естественным союзником США, а главным врагом считал Японию.

“В апреле 1922 г. консулом США в Чите был назначен майор Филипп Файмонвилл, который в 1918 г. подвизался в штабе американской интервенционной армии в Сибири. Летом 1922 г. Файмонвилл и вице-консул США в Чите Эдвард Броун Томас, по поручению своего правительства, с целью разведки совершили путешествие по Дальневосточной республике. Они проехали от Читы до бухты Де-Кастри, затем от бухты Де-Кастри до Мариинска в лодке и на лошадях. По пути делали остановки в деревнях, интересуясь настроениями русских крестьян. Из Николаевска-на-Амуре Файмонвилл и Томас на русском пароходе "Эльдорадо" отплыли на остров Сахалин, а оттуда во Владивосток к белогвардейцам.” (С. ГРИГОРЦЕВИЧ Вопросы истории, № 8, Август 1951, C. 59-79 )
В 1933 г Файмонвилл поддержал признание СССР и назначенный посол США Уильям Буллит (1891-1967) пригласил его в штат открывающегося посольства США в Москве, где он служил военным атташе с 1934 по 1939. В качестве культурной миссии Буллит давал большие приемы по поводу национального праздника, куда 22 апреля 1935 г был приглашен и Михаил Булгаков. Он был настолько поражен этим приемом, что эти его впечатления легли в основу описания Великого бала у Сатаны, ибо даже советская пропаганда тех лет часто изображала "американский империализм" в облике дьявола. Третья жена писателя Е. С. Булгакова подробно его описала в дневниковой записи 23 апреля 1935 г., характерно назвав его "балом":

"Бал у американского посла. М. А. в черном костюме. У меня вечернее платье исчерна-синее с бледно-розовыми цветами. Поехали к двенадцати часам. Все во фраках, было только несколько смокингов и пиджаков… В зале с колоннами танцуют, с хор - прожектора разноцветные. За сеткой - птицы - масса - порхают. Оркестр, выписанный из Стокгольма. М. А. пленился больше всего фраком дирижера - до пят.  Ужин в специально пристроенной для этого бала к посольскому особняку столовой, на отдельных столиках. В углах столовой - выгоны небольшие, на них - козлята, овечки, медвежата. По стенкам - клетки с петухами. Часа в три заиграли гармоники и петухи запели. Стиль рюсс. Масса тюльпанов, роз - из Голландии. В верхнем этаже - шашлычная. Красные розы, красное французское вино. Внизу - всюду шампанское, сигареты.  Хотели уехать часа в три, американцы не пустили - и секретари и Файмонвилл (атташе) и Уорд все время были с нами. Около шести мы сели в их посольский кадиллак и поехали домой. Привезли домой громадный букет тюльпанов от Боолена (секретаря посольства. - Б. С.)".

Впоследствии Булгаков еще раз пересекался с Файмонвиллем. Однако культурная сфера занимала второстепенное место в его работе.  В документации органов НКВД Файмонвилл фигурировал как "Факт Американский" и контакты с ним стоили многим людям жизни и свободы. Все сотрудники посольства Соединенных Штатов в Москве находились под особым контролем. Сил 2-го управления НКГБ и УНКГБ по Москве и Московской области вполне хватало на то, чтобы завести дела агентурной разработки на весь без исключения дипломатический корпус и технический персонал и обеспечить их агентурой.

Так, в  1937 году Файмонвилл прибыл на Пермский моторостроительный завод (тогда "завод №19”):
“Он посетил лабораторию и несколько цехов, а также отобедал с представителями завода. Во время обеда директор, которым был в то время Иосиф Побережский, рассказал, что в 1932 году он с товарищами был в Сан-Франциско (по вопросам приобретения технической документации на мотор "Циклон" американской фирмы "Райт", который и лег в основу пермского авиадвигателестроения).

После отъезда Файмонвилла всех, кто с ним встречался, стали "разрабатывать". Паранойю усиливало несколько моментов: одного из работников московского представительства завода "Факт Американский" пригласил на встречу на стадион "Динамо" и подарил ему пачку сигарет. Далее. В лаборатории, на заводе, здороваясь с инженером Черновым, Файмонвилл долго держал его руку, а потом, как написано в донесении: "правой рукой брался за правое ухо. Частое прикладывание руки к уху я понял как жест условности и предосторожности". Затем, в цехе №2, "оказался Калмыков, который, не покидая, сопровождал "Факта" до испытательной станции, стараясь встречаться с ним взглядами". И уж вообще вопиющий факт: в вагон американца сели жена одного из работников завода и племянник Иосифа Побережского.

Участь Побережского была решена - его незамедлительно расстреляли. Человека, которому была подарена пачка сигарет, исключили из партии, уволили со службы и арестовали. Как, впрочем, арестовали и многих других, часть из которых, не выдержав издевательств, призналась в существовании шпионской организации.” ( https://www.newsko.ru/articles/nk-197922.html )
В том же 1937 Тихоокеанский флот в рамках дипломатической миссии принял во Владивостоке корабли Азиатской эскадры США в составе крейсера 'Августа' и 4-х эскадренных миноносцев. Американская делегация имела довольно представительный состав: кроме командующего эскадрой адмирала Ярнелла на крейсере 'Августа' находился военный атташе США в СССР подполковник Файмонвилл.

В июле 1937 года группа актеров поездом Москва – Владивосток выехала в Хабаровск на съемки фильма «Комсомольск». Именно по пути во Владивосток на это мероприятие судя по всему Георгий Жженов и повстречался с Файмонвиллем. Жженов так описывает это:
“В это время я снимался в фильме "Комсомольск". Поехал на съемки в город Комсомольск-на-Амуре. Управлением НКВД разрешение было дано. Ехал я шесть суток с такими популярными артистами как Николай Крючков, Петр Алейников, Иван Кузнецов и другие. Вместе с нами в вагоне был американец Файмонвилл. Он охотно принимал участие во всех наших дурачествах и играх. Прекрасно говорил по-русски. Нам безразлично было - американец он, негр или папуас! Иностранцев мы рассматривали исключительно с точки зрения наличия у них хороших сигарет. В Хабаровске мы распрощались.

Вторая моя "преступная" встреча с Файмонвиллом состоялась через полтора месяца в Москве, на вокзале, в день возвращения нашей киногруппы из экспедиции. Мы все шумно, со смехом приветствовали его как "старого знакомого". Последний раз я видел Файмонвилла в Большом театре, на спектакле "Лебединое озеро". Со мной были мои друзья – Вера Климова и её муж Заур-Дагир, артисты Московского театра оперетты. В антрактах мы разговаривали с ним о балете, об искусстве, курили его сигареты. Прощаясь в тот вечер с Файмонвиллом, я сказал, что уезжаю домой, в Ленинград и эта встреча с ним последняя. Он ответил: "Вы не первый русский, который прекращает знакомство без объяснений". Что я ему мог ответить? Что иностранцев мы боимся, как черт ладана? Что в стране свирепствует шпиономания? Что люди всячески избегают любых контактов с ними, даже в общественных местах, на людях, в театрах? Я предпочёл промолчать. Никогда больше я его не видел и ничего о нём не слышал.

В октябре 1937-го я вернулся в Ленинград. В особом отделе 15-го отделения милиции мне сообщили о прекращении моего дела, разорвали при мне подписку о невыезде, пожали руку и сказали: "Живи и работай!" Я жил и работал до 4 июля 1938 года. Ночью был арестован. Мне было предъявлено обвинение в преступной, шпионской связи с американцем. Факт моего безобидного знакомства с иностранцем следствием был оформлен как преступный акт против Родины.”

А вот как это выглядело для органов:
“Файмонвилл был военным атташе посольства США в Москве и находился под наблюдением чекистов. Актер еще был на съемках, а сотрудники НКВД уже знали, что американец обзванивал гостиницы с вопросом, не приезжал ли к ним некий Георгий Жженов. И когда последний вернулся в Москву, он сразу попал в поле наблюдения. Тем более что о знакомстве в поезде НКВД уже проинформировали.

Приехав в Москву, на вокзале Жженов столкнулся с Файмонвиллом. Тот предложил актеру свою машину до «Метрополя», где должна была поселиться съемочная группа. Георгий отказался. На следующий день он отправился на вокзал встречать вторую группу артистов и снова увидел Файмонвилла. На сей раз американец уговорил актера поехать в гостиницу в его авто. По дороге презентовал два билета в Большой театр, мол, знакомые не смогут пойти. Дефицит по тем временам страшный! Жженов перед таким соблазном не смог устоять. После спектакля Файмонвилл уговорил нового знакомого поехать к нему домой на ужин. Оказалось, что квартира американца находится в здании посольства. У Файмонвилла Жженов засиделся до глубокой ночи.

На следующий день перед отъездом в Ленинград Жженов в знак уважения и благодарности передал охраннику на входе в посольство для Файмонвилла книгу «Невский проспект» Гоголя. Больше своего американского знакомого Георгий никогда не видел. «Кроме тех фактов, о которых я писал выше, я Файмонвиллу сведений, которые можно было бы расценивать как шпионаж, никогда и нигде не давал», – закончил Жженов свое письменное признание.

16 июля Жженова обвинили в шпионаже в пользу американской разведки, преступлении по статье 58-6 УК РСФСР и дали рекомендованный срок, указав считать его с момента ареста.
Tags: Россия, история, конспирология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments