?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Share Next Entry
Над пропастью во лжи - 3
turan01

Риторика, реакция и репутация как главные улики против России в деле Скрипаля. Блог Владимира Пастухова

Владимир Пастухов политолог, Университетский колледж Лондона

С большой долей вероятности можно утверждать, что нынешняя "дипломатическая война" между Россией и Великобританией (с союзниками) является лишь артподготовкой к тому настоящему сражению, которое начнется после того, как обе стороны выложат все карты на стол.

Пока мир наблюдает даже не цветочки, а бутоны. Настоящие ягодки впереди, их отмерят полной горстью только тогда, когда действительно будет доказано, что за покушением на экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля и его дочь Юлию стоит Россия. Пока же Россия ведет психологическую "разведку боем", а Великобритания ставит политическую дымовую завесу


На днях представитель Кремля заявил, что Великобритании еще придется извиняться перед Россией за "ядовитый скандал". Парадоксально, но пока - с сугубо формальной точки зрения - Кремль прав. Конечно, Лондон наверняка обладает более широким набором доказательств, чем демонстрирует. Но на данный момент он счел возможным выложить в публичном пространстве только одно утверждение: яд, которым отравили Скрипалей, относится к группе боевых отравляющих веществ, которые разрабатывались сначала в СССР, а позже в России.

Строго говоря, это основание для подозрений, но не более того. Сам по себе этот факт, даже если он соответствует действительности, ничего не доказывает. Ядом мог воспользоваться кто угодно - в конце концов, не только русские умеют стрелять из автомата Калашникова, хоть его и изобрели в России...

Тем не менее, Лондон предпочел начать политическое наступление на Москву, не дожидаясь итогов юридического расследования. При этом главными уликами против России стали воинственная риторика Кремля, а также неадекватная истеричная реакция российских властей на подозрения и "нехорошая репутация".

По сути, именно эта политическая подоплека, а вовсе не совокупность собранных британскими следователями доказательств, стала поводом для принятия против России международных санкций, которые, по всем признакам, являются не более чем упреждающим ударом.

Риторика: "Зато мы делаем ракеты..."

Начиная с 2014 года (а может быть, и раньше) политика Кремля по отношению к Западу состояла в том, чтобы внушить последнему мысль: мы готовы на все. Воинственная риторика не должна была оставлять у потенциального противника никаких сомнений: Россия не боится воевать, Россия готова воевать, Россия будет воевать.

В конце концов, Россия уже воюет.

При этом ставки каждый раз поднимались все выше и выше, пока не взлетели на по-настоящему космическую высоту в предвыборном послании Путина человечеству, в котором он чуть ли не дословно повторил великого русского барда, ответив на все упреки Запада советским мемом: "Зато мы делаем ракеты..."

Акция удалась. Дело не в том, что люди на Западе убеждены, что на Скрипаля покушались русские, а в том, что они теперь искренне верят: эти парни могут убивать. Скрипали? О чем вы? После мартовской речи Путина обыватель готов поверить в то, что русские способны отравить пол-Лондона.

С одной стороны, из Кремля непрерывно кричат: "Мы вас похороним"; с другой - требуют предъявить доказательства, прежде чем обвинять. Если ты рекламируешь свою способность убивать, то должен быть готов к тому, что тебя обвинят в убийстве, не дожидаясь поступления доказательств.

Может быть, в России и привыкли не обращать внимания на риторику власти, поскольку знают, что она соврет - недорого возьмет, но у остального мира такого богатого опыта еще нет. Мир верит тяжелому русскому слову - и по словам же судит.

Реакция: "наша шапка" не горит

Как справедливо заметила Наталья Геворкян, естественной реакцией России на инцидент в Великобритании (добавлю от себя - вне всякой зависимости от того, причастна она к нему или нет) было бы молчаливое и деловитое выражение соболезнований, сдержанное сочувствие и отношение с пониманием к тому факту, что из самой природы преступления вытекает, что Россия может быть в числе главных подозреваемых.

Будь реакция Кремля такой, градус скандала - по крайней мере до того момента, пока не были бы обнародованы прямые улики - был бы совершенно другим. Но естественные реакции - это не для Кремля. Там отдают предпочтение сверхъестественному, или, в крайнем случае, - противоестественному.

Кремль отреагировал на подозрения Лондона в покушении на Скрипаля приблизительно так же, как Костя "Кирпич" Сапрыкин - на обвинения Жеглова в краже кошелька: "Кошелек-кошелек, какой кошелек?! На, обыщи!"

МИД России, вместо вежливого сочувствия и тактичного предложения помощи, устроил показательный (неумный, и оттого еще более вызывающий) троллинг своих британских коллег.

О стилистике брифингов на Смоленской площади вообще говорить не приходится, она в большей степени позаимствована на расположенном по соседству Дорогомиловском рынке. Все это вместе полностью укладывается в известный формат: на воре шапка горит.

Именно так послание Кремля и прочитали на Западе. Реакция на обвинения стала пока что чуть ли не главной уликой против России: ее расценили как признание.

Репутация: русский "Бентли" ездит без мотора

Есть старый анекдот о состоятельном покупателе, который купил в московском автосалоне "Бентли". Отъехав на новом автомобиле от магазина на полмили, он получил звонок - менеджер салона просил вернуться, так как в машину забыли поставить мотор. "На чем же я еду?" - спросил обескураженный покупатель. - "На репутации".

Вот уже несколько лет Россия едет по Европе на репутации, к сожалению - отрицательной. Поведение Москвы в прошлом не оставляет сомнений в том, что она может и желает совершать политические убийства.

По сути, к России был применен так называемый "утиный тест". Есть у англичан поговорка: если что-то плавает, как утка, крякает, как утка, и похоже на утку - то, скорее всего, это утка и есть.

Если Скрипаль был русским перебежчиком, продавшим Западу военные секреты, если он был отравлен ядом, который раньше производили в России, если нечто подобное чуть более 10 лет назад уже произошло с другим русским перебежчиком, Александром Литвиненко - то, скорее всего, за таким преступлением действительно стоит Россия.

Когда у тебя лексикон пахана, ужимки босяка и повадки киллера, надо быть готовым к тому, что все убийства "на районе" будут связывать с твоим именем. Если кого-то в Кремле не устраивает такого рода логика и он хочет, чтобы по отношению к России применялись другие тесты - более сложные, чем "утиный", - то ему надо очень сильно поработать над репутацией.

На имеющейся репутации далеко от международного трибунала не уедешь.

окончание в комменте на данный пост


  • 1
окончание

KGB(r)exit: черная кошка ищет выход из комнаты, где ее нет

На первый взгляд, поведение России в кризисной для нее ситуации выглядит совершенно иррациональным. Кажется, будто Кремль делает все, чтобы усугубить свое положение и усилить подозрения в отношении себя.
Но это только на первый взгляд. На самом деле за показной истерикой Москвы может скрываться тонкий и холодный расчет.

Может быть, ядовитый газ, которым отравили бывшего шпиона, был и "новичок", но Россия в таких делах уж точно не новичок: она знает, как себя вести и что делать в ситуации, когда "хватают за руку". Похоже, что Кремль и российские спецслужбы просто тянут время и тщательно готовят для себя "стратегию выхода", которую инициируют в наиболее подходящий для этого момент.

Судя по последним шагам Кремля, больше всего Москву интересует точная информация о том, каким действительным набором доказательств обладают британские власти и что, в конце концов, будет положено не на политический, а на юридический стол. Именно эту информацию Кремль пытается вытянуть не мытьем, так катаньем - либо у правительства Великобритании, либо у ОЗХО.

Знание это жизненно необходимо, чтобы в нужный момент грамотно отступить, выложив свою правдоподобную "альтернативную" версию. Управляемые "утечки" в российскую прессу позволяют предположить, что такой версией будет использование неустановленными "третьими лицами" яда, похищенного в 90-е годы из российских военно-научных лабораторий.

Но, чтобы прозвучать весомо, альтернативная версия должна быть математически выверенной, вписанной в заранее известную авторам мистификаций совокупность имеющихся у британцев доказательств. Для этого и ломается вся комедия.

Пока на Смоленской площади дипломаты разыгрывают фальшивую истерику, специалисты по операциям прикрытия с Лубянки готовят свой KGB(r)exit - разрабатывают стратегию выхода из международного скандала. Они ломают голову над тем, как грамотно убрать черную кошку из темной комнаты, в которой ее, вроде бы, никогда и не было.

В какой-то момент Кремль сменит гнев на милость и включит свет в этой тщательно прибранной комнате, представив свою версию случившегося - такую же убедительную, как версии крушения малайзийского лайнера над Донбассом и версия гибели Магнитского.

  • 1