turan01 (turan01) wrote,
turan01
turan01

Гиена пера и шакал слова - мелкобритский журнашлюх

Стивен Сакур: я не был шокирован ответами Пескова (Би-би-си) + интервью с Лавровым и Песковым


Известный британский тележурналист, ведущий программы Би-би-си HARDTalk Стивен Сакур недавно взял пару вызвавших большой интерес в России интервью - с пресс-секретарем российского президента Дмитрием Песковым и министром иностранных дел Сергеем Лавровым.

Наши читатели на странице Русской службы Би-би-си в "Фейсбуке" задали свои вопросы Стивену Сакуру. Мы приводим его ответы ниже.

Эльдар Смирнов: Какие чувства вы испытали после окончания интервью с Песковым? Вы не были шокированы его изворотливостью?

Стивен Сакур: Я не был шокирован ответами Пескова. Он очень опытный пресс-секретарь и мастер в области манипулирования словами. Он прекрасно умеет отстаивать свою позицию. Путин не зря доверяет ему.


Яна Исраэлян, грузинская журналистка: Как вы поступаете в случае, если респондент немногословен, отвечает скупо и коротко, запас подготовленных вопросов исчерпан, а до конца эфира еще остается время?

СС: У меня никогда не иссякают вопросы! Я считаю, что по ходу интервью у журналиста должны возникать всё новые вопросы и темы - даже если у собеседника нет желания говорить подробно в начале, чувства и убеждения всё равно так или иначе обычно проявляются.

Владислав Ильин: Было ли такое, что вы хотели задать человеку вопрос, но было неловко, неприлично, стыдно, страшноспрашивать человека об этом. И вопрос в итоге не был задан. Или вы никогда не были в такой ситуации?
Если человек дает уклончивые ответы, уходит от ответа, то в каких случаях надо его "добивать", "дожимать" следующими вопросами, а в каких случаях надо бросить попытки выжать конкретный ответ на поднятый вопрос и переходить к следующему вопросу?
И смотрели ли вы сериал "Ньюсрум" о тележурналистах?

СС: Если я чувствую, что вопрос будет воспринят как неловкий или грубый, я не задаю его, конечно. Но если вы спрашиваете, отказываюсь ли я от вопроса, если он может задеть чувства собеседника, - то нет. По крайней мере, в тех случаях, когда я беру интервью у политиков или общественных деятелей, которых надо выводить на чистую воду. Если я беседую с человеком, который пережил личную трагедию, например, с бывшим заложником или родственником жертвы страшного преступления, я, разумеется, думаю о том, оправдано ли мое вторжение в область болезненных переживаний и воспоминаний…

Но очень важно уметь добиваться прямого ответа на прямой вопрос. Я могу повторять свой вопрос до тех пор, пока аудитория не убедится, что мой собеседник просто не желает отвечать на вопрос. В этом случае зрители могут сами сделать выводы.
Нет, я никогда не смотрел сериал "Ньюсрум".

Эдуард Руденко: Задавали ли вы властям Нидерландов вопрос, почему их граждане полетели в район боевых действий, где перед этим сбивали самолеты и буквально за день до трагедии с МН17 был сбит АН26?

СС: Я не брал интервью у голландских представителей по поводу инцидента с рейсом MH17. Откровенно говоря, я считаю, что на подобные вопросы должны отвечать российские власти.

Сергей Клизардин: Это интервью - лишь один шаг в процессе расследования катастрофы и наказания виновных. В скором времени будут другие шаги. Как вы оцениваете позицию Пескова? Как выдумаете, какие дальнейшие шаги предпримет Россия? Как еще Россия может противодействовать наказанию виновных?

СС: Я считаю, что российское правительство продолжит тянуть время, утверждая, что выводы доклада носят предварительный характер, и что требуются новые усилия для окончательных выводов. Москва явно рассчитывает на то, что с течением времени всё это дело просто отступит в прошлое…

Сангинов Парвиз: Собираетесь ли вы взять интервью у Владимира Путина? Есть ли у вас такие планы и когда можно ожидать этого?

СС: Мне бы очень хотелось взять интервью у президента Путина, и я передавал это желание через Пескова и Лаврова. Пока что позитивного ответа от Кремля я не получал.

Владислав Кустовой: Испытываете ли вы внутреннюю нервозность, когда ваш респондент всячески увиливает от ответа, какие ощущения испытываете внутри себя?

СС: Когда в программе HardTalk начинается интервью, я обычно не нервничаю. Если оказывается, что собеседник избегает прямого ответа, я пытаюсь придумать другие формулировки, чтобы добиться ответа. Мне не всегда это удается, но мне нравятся такие интеллектуальные вызовы.

Сергей Виноградов, врач из Петербурга:Из какой вы семьи ? Где и какое образование получили? Ваша область интересов, помимо профессиональной деятельности ?

СС: Я вырос в семье фермера в сельской местности на востоке Англии. Мне хотелось стать журналистом, потому что я хотел уехать из нашей деревни. Заниматься фермерским трудом было трудно. Мои родители, слава богу, еще живы, хотя уже на пенсии. Я изучал историю в Кембриджском и Гарвардском университетах. У меня множество интересов - семья, конечно, спорт, особенно футбол и теннис, кино, театр, искусство, и я очень люблю заниматься садом - я считаю, что садоводство очень полезно для здоровья. И еще я люблю путешествовать, особенно если не нужно задавать острых вопросов там, куда я приезжаю...

Наташа Казмарина: Какое впечатление на вас произвел Песков? Лгуна или патологического лгуна ?

СС: В мои задачи не входит объявлять о том, говорят ли мои собеседники правду. Я предоставляю своим зрителям возможность самим сделать выводы.

Александр Фруман: Кого бы вы хотели интервьюировать, включая личностей из прошлого?

СС: У меня множество вопросов к триумвирату ХХ века - Сталину, Гитлеру и Мао.

Эдвард Ваницкий: Почему власть так не любит свой народ?

СС: Власть часто развращает. Если политическая система не основана на общественном контроле, интересы людей можно легко игнорировать.

Михаил Софронов: Не страшно ли вести себя так настойчиво перед такими представителями? Какое чувство у вас было, когда Песков сказал: "...у вас нет этих документов..."?

СС: Когда я занимаюсь своим делом, то никакого страха не испытываю. Но я чувствую разочарование, если выхожу из студии и понимаю, что хорошего интервью не получилось.

http://www.bbc.com/r...atures-37549608
----------------------------------------------------------------------------------
"Запрещенные боеприпасы в Сирии не используем": полный текст интервью Сергея Лаврова

30 сентября 2016

Министр иностранных дел России Сергей Лавров дал интервью Би-би-си, в котором ответил на множество вопросов о российских бомбардировках сирийского города Алеппо, а также отказался извиняться за сбитый малайзийский "боинг".

Глава МИД России говорил на английском языке по видеосвязи из Москвы в пятницу днем; с ним беседовал Стивен Сакур.


Стивен Сакур: Прошел ровно год, с тех пор как Владимир Путин начал свою военную кампанию в Сирии. Масштаб и размах этой интервенции застал весь мир врасплох. Изначальная цель заключалась в том, чтобы повернуть ситуацию в пользу стратегического партнера России Башара Асада. И эта цель была достигнута. Правительство Сирии при поддержке российских ВВС перешло в наступление. Оно ведется в основном на контролируемые повстанцами районы Алеппо. Какова же конечная цель России в Сирии?

Ко мне из Москвы присоединяется министр иностранных дел России Сергей Лавров. Господин министр, большое спасибо, что вы согласились с нами поговорить. Боюсь, что мне придется начать наш разговор с обсуждения ситуации в Алеппо. За последнюю неделю Алеппо подвергся сильнейшим бомбардировкам, которые осуществляли и ваши силы, и силы Башара Асада. Более 400 человек, среди которых немало детей, погибли. Специальный посланник ООН по Сирии заявил, что вполне возможно, что в Алеппо были совершены военные преступления. Почему вы это делаете?

Сергей Лавров: Я думаю, что для того, чтобы понять, что именно происходит, мы должны посмотреть, с чего все начиналось. Сегодня исполняется ровно год с того дня, когда президент Путин по просьбе президента Асада согласился отправить наши ВВС, чтобы помочь бороться с террористами. И с самого начала мы предложили коалиции, возглавляемой США, скоординировать наши усилия и отделить оппозицию, которая сотрудничала с коалицией, возглавляемой США, от "Аль-Нусры", ИГИЛ ["Исламское государство" и "Фронт Аль-Нусра" запрещены в РФ], и других террористических групп.

Однако американцы, как вы знаете, были заинтересованы исключительно в деконфликтизации[разграничении сил, участвующих в конфликте]. И это продолжалось несколько месяцев, как минимум, месяца два, до тех пор, пока в декабре (прошлого года) мы не создали Международную группу по поддержке Сирии. Тогда они клятвенно обещали, что их приоритетом станет разделение оппозиции и "Аль-Нусры. И они до сих пор, несмотря на многочисленные повторяющиеся обещания и обязательства, не могут или просто не желают это сделать. И у нас есть все больше оснований полагать, что с самого начала их план заключался в том, чтобы сохранить "Аль-Нусру" и приберечь их на всякий случай, для какого-нибудь запасного плана или второй стадии конфликта, когда, с их точки зрения, наступит время для смены режима.

Не могу не вспомнить, что не далее как в августе оппозиция, из которой более 50%, как это, кстати, было подтверждено ООН, составляют (боевики) "Аль-Нусры", захватила юго-западную часть Алеппо, отрезав полтора миллиона человек. В общем, они устроили осаду, отрезав этих людей от получения какой бы то ни было помощи по наиболее легкой и удобной дороге. И тогда никто не поднимал никакого шума и не делал истерических заявлений со стороны Запада. Как я понимаю, те люди на Западе, которые руководили этим шоу, тогда думали, что это станет прелюдией к тому, что весь Алеппо перейдет в руки оппозиции. Сейчас ситуация изменилась, и мы слышим весь этот шум.


С.С.: Позвольте вас перебить. Я понимаю, что вы говорите, господин министр. Но я должен спросить вас о ситуации на земле - мы видели на видео свидетельства того, что гражданское население гибнет в своих же подвалах и бомбоубежищах от российских противобункерных бомб. Врачи сообщают нам о количестве пострадавших. Почему Россия продолжает эти бомбардировки, когда вы знаете, что вы делаете с гражданским населением?

С.Л.: Вообще я как раз подходил к этому. Мы предпринимаем все необходимые меры предосторожности, чтобы не задеть гражданское население. Термин "сопутствующие потери" был придуман не нами, - вы знаете кем. И, как я уже сказал, мы принимаем самые строгие меры, чтобы убедиться, что мы не наносим удары по мирному населению даже по случайности. Если это происходит - что ж, нам очень жаль - но мы должны расследовать каждое такое обвинение. До сих пор нам не было предоставлено ни одного осмысленного доказательства тех заявлений, которые были сделаны по поводу конвоя, который был разбомблен или атакован 19 сентября. Кстати, у нас есть веские основания полагать, что это была провокация.

С.С.:Об этом мы тоже можем поговорить, давайте вернемся к судьбе конвоя чуть позже. Но если вы хотите доказательств того, что ваши войска делают в Алеппо, я могу предоставить некоторые из них. Мы видели одну из ваших неразорвавшихся противобункерных бомб типа БЕТАБ. Ее засняли лежащей на земле в Алеппо. Так что мы знаем, что вы применяете это оружие. Мы также видели четкие доказательства использования зажигательных фосфорных боеприпасов. И эти боеприпасы опять же поставлены из России. А также кассетные бомбы. Это российские боеприпасы, которые нарушают международные законы ведения войны.

С.Л.: Мы не используем никакие боеприпасы, которые запрещены ООН. В этом я могу вас заверить. Что касается ситуации в Алеппо - вся проблема возникла из-за того, что США и коалиция, возглавляемая США, не может и по сути отказывается отделить оппозицию от "Аль-Нусры" и террористических группировок, присоединившихся к ней.

Окончание следует
Tags: Россия, Сирия, Эуропа, брехня, быдло, дегенераты, дрочеры, нелюдь, общечеловеки, русофобы, уроды
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments